Тоша: «Когда пёс пришел в себя, и смог проглотить ложку бульона — по его морде текли крупные, почти человеческие, слёзы…» (Ольга Черниенко)

Декабрь. Небо ясное, синее, морозное. После двухдневного обильного снегопада, лес, ещё недавно серый и угрюмый, приоделся, засверкал на солнце снежным покровом. Манит заядлого лыжника девственный наст на широком поле.

В одной руке палка, в другой – санки: наберем лапника! Любят козы смолистый витамин! Овчар Рэд радуется чистому воздуху, кувыркается, принимает снежную ванну. Легко касаюсь лыжной палкой еловой ветки — сыпется душ из снежинок на шапку, плечи, за шиворот…

И, словно лбом в стальной барьер на полной скорости — шок: труп собаки привязан к стволу ели, пасть перетянута скотчем. Доберман! Сколько дней он здесь? Человеческих следов нет, замело снегом — значит, несколько суток.

Увидеть бы двуногую мразь, что сотворила подобное!

Осторожно подошел Рэд, понюхал, ткнулся носом — «труп» вдруг слабо шевельнулся. Привязывая на санки безжизненное тело, заметила гравировку на ошейнике – ТОША.

И сразу вспомнилось лето, отчаянный визг собаки, громкий плач ребёнка:

— Не надо, мама, ему больно!
— Тварь паршивая, — держа за холку щенка добермана, молодая женщина нещадно лупит его поводком по спине.

— Зачем вы бьёте собаку?
— Не слушается, гад! — её смазливую морду сводит злобная гримаса. — Урод ! Сколько бабок за него отвалили, а уши не стоят!
— Не в ушах счастье…
— Не ваше дело! — грубо обрывает дама, пристегивая поводок к собачьему ошейнику с сияющей бляхой « ТОША».

Дернув сына за руку, мадам спешит ретироваться. Щенок, не поспевая за ней, волочится животом по земле.

*********

Наверное, ничего просто так в жизни не случается. Ветеринар жил рядом. Десять минут, и я на пороге его дома. Собака в обмороке, пульс почти не прощупывался, температура ниже 36 ° – гипотермия! Понадобилось несколько часов интенсивной терапии, прежде чем она поднялась до минимума в 37,5 °.

Когда пёс пришел в себя, и смог проглотить ложку бульона — по его морде текли крупные, почти человеческие, слёзы…

Как-то в конце лета, во время прогулки, здоровый и весёлый, годовалый доберман насторожился, жалобно заскулил, тявкнул, словно окликнул кого-то.

— Мама, это наш Тоша, он узнал меня! – подбежавший мальчик крепко обнял собаку. Пёс, сквозь отверстие в плетёном наморднике, исхитрился лизнуть ребёнка в щеку.
— И уши такие же!
— Не дури! Тоша умер осенью, я сама его хоронила! — подошла мать, но увидев нас, осеклась, отвела взгляд.

— Не хватай чужих собак, покусают!

Дьявол в ангельском обличии повлек ребенка прочь.
— Тоша! – лишь успел махнуть рукой мальчик …

— Прощай! — заскулил пёс. Он понял всё, крепко прижался к моим ногам, и судорожная дрожь пробегала по его телу.

Вот уже четыре года мощный красавец доберман — мой телохранитель, «хвостик», мы неразлучны.

Тоша: "Когда пёс пришел в себя, и смог проглотить ложку бульона - по его морде текли крупные, почти человеческие, слёзы…" (Ольга Черниенко)

*********

«В человеческом обществе животные не имеют прав, не могут рассказать о себе. Я пытаюсь сделать это за них.»

© Copyright: Ольга Черниенко, 2015
Свидетельство о публикации №21506100183

Читайте также

Счастье начинается утром…(Ольга Черниенко)
Ольга Черниенко Новый день приходит в мой дом вместе с пением щегла и канарейки. А в моей комнате постепенно нарастает кошачье мурчание… Мягое, почти незаметное, приземление около подушки и…

 

Домовой