Скотч-терьер Кора: Она стояла молча, сохраняя царственное безразличие …(Елена Тарасова)

Кора была девушка в возрасте, хотя в ее бороде седина еще не бросалась в глаза, но бритая до синевы тушка уже пошла складками, и двигалась она с некоторыми затруднениями. Все это не мешало ей помнить самой, и напоминать окружающим, о своем благородном, можно сказать, царственном происхождении.

Скотч-терьеры (Шотландский терьер) в семидесятых были очень популярны, во многом благодаря Манюне, спутнице знаменитого циркового клоуна Карандаша. На самом деле Манюня, как и все очень породистые собаки, имела сложное многоступенчатое имя, и плебейское Манюня было лишь ее актерским псевдонимом. Наша Кора доводилась ей дочерью, что не могло не сказаться на ее характере.

Трижды в день принцесса цирка соизволяла выйти на променад.

Сопровождать ее было дозволено только главе семьи, человеку весьма преклонных лет, и весь процесс гуляния был досконально известен каждому жильцу нашего дома.

Кора не ездила в лифте.
— У нее делается приступ клаустрофобии! Как можно!

Кору было невозможно взять на руки.
— Она очень независимая личность!

Кору нельзя было взять на поводок.
— Никакого насилия! Она очень свободолюбива!

Поэтому три раза в день на лестнице раздавался задыхающийся голос, неимоверно грассируя взывавший:
— Когочка, деточка!

Корочка довольно шустро преодолевала один пролет, останавливалась, всей своей усатой-бородатой и бровастой мордочкой показывая, что любому терпению когда-нибудь приходит конец, дожидалась очередного – Когочка, деточка! – и спускалась еще на один пролет. Так они добирались до выхода.

Консьержка бежала открывать дверь, потому что Кора ждать не любит, и выпускала ее на улицу. Снаружи Кора останавливалась так, что сразу становилось ясно, в каком направлении она предпочитает сейчас двигаться вокруг дома – по часовой стрелке, или против. С крыльца раздавалось очередное – Когочка, деточка! – и короткие лапки топали дальше.

Они никогда не гуляли рядом, Кора всегда была метров на десять впереди.

В окна было слышно, как удалялись, а потом опять приближались призывы – Когочка, деточка! Консьержка караулила их, чтобы вовремя открыть Коре дверь. Та входила, останавливалась у лестницы, дожидалась, когда старик появится в дверном проеме, и начиналось восхождение.

Вверх по лестнице они оба поднимались медленнее. Кора забиралась на каждую ступеньку, как на стену, но ее хозяину это стоило еще больших усилий.

На каждой лестничной площадке Кора ждала, пока не приблизится очередное – Когочка, деточка! – и только тогда карабкалась на очередную ступеньку, упираясь крепкими задними лапками и довольно ловко подкидывая увесистый задок.

Вероятно, я, как и все прочие жильцы нашего дома, продолжала бы считать, что Кора балованная, ох, балованная! Если бы мы не встретились при очередном променаде принцессы на узкой дорожке за домом.

Дело было зимой, снежной и с легким морозцем. Дорожка, протоптанная собачниками, походила на довольно узкую траншею, по которой собаки тащили на поводках своих хозяев, и разминуться на встречных курсах было невозможно.

Мой рыжий колли при виде Коры страшно обрадовался, стал припадать на передние лапы, взлаивать и зазывно махать пушистым хвостом, разметая снег на откосах траншеи. Кора стояла молча, ее ушки едва доставали уровня снежной поверхности, и сохраняла царственное безразличие.

Я сошла в снег, четко отработала поводком, дав команду «Рядом!», и рыжее облако шерсти обошло меня справа и, недоумевая, село в снег у моей левой ноги. Кора не двинулась с места. Она не обращала внимания ни на кавалера, ни на воробьев, что-то искавших в снегу у нее под носом.

Она подняла мордочку и посмотрела на меня.

Два умнейших черных глаза под длинной челкой так безошибочно выражали ее мысль, словно она словами сказала: Спасибо! Извините нас за доставленные неудобства! Он уже не может ходить быстро, но это не долго!

Послышалось очередное – Когочка, деточка! – и на тропинке показался старик. Кора еще раз благодарно взглянула на меня и устремилась вперед. А я так и стояла, потрясенная, в снегу, и мой колли терпеливо сидел у ноги.

Три раза в день, в любую погоду, Кора гуляла своего Человека, заставляя его двигаться, принуждая его продолжать жить, давая ему живительное чувство своей нужности….🐶💕
Потому что, действительно, кто же, кроме него, вынесет все капризы балованной Коры?💖💋🌷💔💔💔👍

© Copyright: Елена Вильгельмовна Тарасова,2018

Свидетельство о публикации №218111601461

Домовой