«Не уходи, не оставляй меня с ними! Погубят меня, плохие очень! — кричали его глаза. Говорить не умел. А она ушла.

— Так будет лучше для тебя, милый. Меня же дома никогда нет. Работа новая, командировки. А тебе внимание нужно, уход. Чтобы рядом человек был, который всегда с тобой, который тебя любит, — шептала Кристина, обнимая собаку.

Ей показалось, или он рыдал? Глупости, не могут они рыдать. Только почему тельце так вздрагивает? И глаза, смотрят на нее неотрывно, словно что-то хотят сказать.

— Смотри, какой домик большой, свой. Ты тут гулять сможешь, правда? И также спать на диванчике, как и у меня. Не скучай, Джера. Ты привыкнешь! — она все еще не могла уйти, хотя было пора.

— Ну что ж вы, девушка! Долгие проводы — лишние слезы! Курорт у нас тут! Мечта! Будет жить как барыня! — усмехнулся здоровый мордатый мужчина.

Его жена, востроносая, с бегающими глазами, согласно закивала.

Кристина вздохнула. Выбор был сложным. Ей предложили новую должность. Она предполагала постоянные разъезды. Зато зарплата — астрономическая. И можно будет шикарную квартиру купить скоро. Плюс служебное жилье предоставлялось. И мир увидеть, и денег заработать. Для своего будущего. А что сейчас? Маленькая «хрущевка».

Но червячок внутри ворочался, бился, мешал радоваться. Джера. Любимая овчарка. Два годика. Мечта детства. Ей было жаль его. Приходила с работы поздно. Утром гуляли да вечером. Нет, в туалет он терпел. Но видно же было, что скучал. А времени не хватало. Вечером девчонки в клуб звали. А тут собака.

— Отдай ты его в добрые руки! У тебя карьера на взлет пошла. Личную жизнь устроишь, ты теперь в других кругах вращаться будешь! — рекомендовала подружка Катя.

Кристина и успокоила себя — правда, ему будет лучше там, где внимание. Правда, поиск кандидатов проводила тщательно. Пока не наткнулась на пару. Приехала знакомиться. Свой дом, красиво. Внутри, правда, запах какой-то стоял непонятный, но у каждой избушки свои погремушки.

Еще глаза хозяина ей не очень понравились. Черные такие, зрачков совсем не видно. Будто дикие. Но может, не выспался человек?

— Ой, не сомневайтесь даже! Песику у нес хорошо будет. Скольких мы приютили в свое время. И сейчас вот как раз… подыскиваем, — улыбнулся хозяин.

Кристина согласилась. Привезла Джеру. Только он, всегда открытый, смелый, вдруг стал скулить, бросаться ей под ноги, чуть ли не на ручки лезть.

— Ну что ты как маленький! Что о тебе люди подумают? Ладно, мне пора. Вы же мне будете отчеты присылать, правда? — обернулась Кристина.

— Можете не сомневаться. Каждый день и ни по разу! — уверили ее.

Девушка еще раз взглянула на собаку. Что-то словно сказать он хотел.

— Не уходи, не оставляй меня с ними! Погубят меня, плохие очень! — кричали его глаза.

Говорить не умел. Но она не поняла. Ушла.

Села в машину, нажала на газ. Вперед, в новую жизнь. К перспективам. Только почему внутри все рвется и слезы бесконечно катятся по щекам? Словно уходит что-то дорогое?

Вскоре увидела кафе, решила выпить кофе. И увидела мужчину. Плохо одетый, из куртки рваной синтепон торчит, старая шапка, сапоги почти развалившиеся. Кожа обветренная. В руках — две сосиски в тесте. Вышел из кафе. И тут ему навстречу бросился песик: маленький, пушистый. Тот наклонился. Погладил. Уселся на какой-то ящик. И стал скармливать собаке сосиски, дуя на них. Та с наслаждением ела. А потом, свернувшись клубочком, уснула у него на руках. Тогда мужчина достал из кармана кусок хлеба. Не свежий. Как сухарь. И стал грызть. С наслаждением. Потом открыл бутылку с водой, попил. И поцеловал пса в макушку.

— Вы ему сосиски скормили, а сами хлеб жуете, — остановилась Кристина.

— А как же иначе-то, дочка? Он же меня любит, жизнь за меня готов отдать. Ему и самое вкусное. Сам перетерплю. Ничего, наладится скоро все. Друг обещал с собой в деревню взять, тетка у него там. Вот, ждем его. Да поедем. Тут можно было устроиться, общежитие давали да работу предоставляли. Но с собакой нельзя. Ишь, выдумали. Нельзя. Да нужны они мне. Не, мы только вместе. Своих не бросаем, да Мушка? Куда я, туда и ты. Неразрывны мы. Я же однажды чуть не замерз, дочка. Если бы не собака. Уж как она меня будила. Безгрешные они. Наши хранители на земле, — и сняв с шеи шарф, он бережно укрыл свою Мушку.

Кристина вошла в кафе как в тумане. Взяла стаканчик. Села у окна. И тут в стекло стала биться птица. Сильно так, махая крылышками. Кристина вздрогнула. Кофе разлился.

— Мы сейчас новый принесем. Можете в дамскую комнату зайти, шубку вытереть. Девушка! Вы куда? — кричала вслед официантка.

Кристина не слышала ее. Она бежала к машине. Развернула ее. И помчалась обратно, выжимая все. К Джере.

— Господи, что ж я делаю-то. Как я могла? Милый мой, родной, прости. Работа? Да не стоит она тебя. Клубы? Да ну их всех. Как помутнение нашло. Отдала, не пожалела. Гадина я, — разговаривая сама с собой, плакала она.

Вспомнила, как однажды возвращалась с Джерой домой. Из ниоткуда выскочило трое парней. И маленький щенок на толстых лапках, неуклюжий, словно плюшевый игрушечный, вдруг загородил ее собой и начал звонко лаять. Он был совсем крошка. И выглядело это даже комично.

— Защитник. Сам от горшка два вершка. Смешно. Ладно, пошли, ребята. Мой Тяпка также за меня порвать готов! Хороший пес у тебя, вырастет — красавцем будет, — проговорил один из незнакомцев и они ушли.

Руки дрожали. Она остановилась. Попыталась успокоиться. Зазвонил телефон.

— Да. Я не приеду. Я отказываюсь от должности. Конечно, на квартиру тоже не претендую. Нет, не передумаю. Причины? Моя собака. Не могу ее одну оставлять надолго. Неважно? Вы ошибаетесь, для меня это очень важно! Извините, прощайте! — Кристина отключилась.

И поехала дальше. Вот то место. На негнущихся ногах пошла к дому. Подумала, что даст им денег, если что. Деньги есть. Окно в дом было распахнуто и оттуда доносились голоса. Кристина уже приготовилась громко позвать хозяев, но что-то ее остановило.

— Да привязал пока вон там, в лесу. Сейчас воспитывать пойдем, развлечемся. Не подпускает к себе, мерзкий такой. Ничего, не таких обламывал. Ненавижу собак. А что девка? Позвонит, скажу убежал. Взятки гладки, как говорится. Сама виновата, отдала. Значит, не нужен он ей, — донесся из дома пьяный голос.

Кристина похолодела. Пригнулась, прошла мимо окна. И закрутила головой. Где он? Прошла мимо сарая. Дорогая шубка зацепилась за крюк, порвалась. Но она даже не обратила внимания. Хотя раньше переживала, даже если ее локтем задевали.

— Господи, помоги. Найти его. Помоги! — шептала она.

Лес начался. И тогда не заботясь о том, что ее могут услышать и прийти она что есть мочи закричала прерывающимся голосом:

— Джера!

И услышала лай. Побежала. Он был у дерева. Упала на колени, прижала к себе.

"Не уходи, не оставляй меня с ними! Погубят меня, плохие очень! - кричали его глаза. Говорить не умел. А она ушла.

— Все, все хорошо. Я рядом. Прости меня. Слышишь? Прости, малыш. Никто тебя не тронет, обещаю. Я не дам. Мы домой, мы едем домой! — шептала она.

А собака что есть мочи облизывала ее щеки, мокрые глаза.

Кристина не помнила, как они добежали до машины. Никто не остановил. Значит, не слышали ее крика. Отъехав далеко, остановилась. И прижала Джеру к себе. Все извинялась. Плакала.

— Ты пришла. Главное — ты вернулась, — хотел он ей сказать.

Снова тоже придорожное кафе. И тот же мужчина со своей Мушкой.

Кристина вышла из машины. Джера выпрыгнул за ней.

— Какой красавец! Вас любит, так и идет в ногу. Повезло нам, да, девушка? Любят нас и ждут! — откликнулся владелец Мушки.

— Вы сходите внутрь. Купите там сосисок этих, котлет, да чего угодно. И кофе. Мы тут поедим. И они. Я бы сама зашла. Но только… Джера. У нас непростая сейчас ситуация была. Он напуган еще, — робко улыбнулась Кристина.

— Конечно, схожу. Пирушку устроим. Собачью! Вы что плачете, девушка? Шубка порвана? Ничего, не переживайте, отремонтируется! — ответили ей.

— Нет. Я не из-за шубки. Просто. Так сердце стучит, словно выскочит. Как представлю, что могло бы быть. Спасибо вам за поддержку. А теперь будем пить кофе! — произнесла Кристина.

Домой возвращались уже в сумерках. Джера привычно запрыгнул на диван. Кристина обвела взглядом свою маленькую квартирку. Ничего. Она сможет, заработает. Поищет еще варианты. Только такие, где бы на обед — домой. С Джерой гулять. И чтобы никаких командировок. Как же его оставить-то?

— Ничего, милый. Главное — мы вместе. Все у нас будет. Спи крепко. Я всегда буду рядом! — прошептала она, засыпая и прижимаясь к собаке.

к списку статей

tpakhomenko

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓

«Не уходи, не оставляй меня с ними! Погубят меня, плохие очень! — кричали его глаза. Говорить не умел. А она ушла.