Кошка ждала, ведь за ней обещали вернуться…(Себеринка)

Черный кот с яркими, изумрудными глазами, сидел на обшарпанной скамье в углу автобусной остановки. Максим смотрел на него всего полминуты и странное ощущение не покидало его.

У основания шеи постепенно набухла огромная мурашка, которая в какой-то момент лопнула и ее отпрыски с огромной скоростью побежали по телу.

Они бежали, болезненно покалывая кожу своими колючими лапками. Бежали, пока не нашли убежище в кончиках пальцев и руки у Максима предательски задрожали. И только тогда он, наконец, вспомнил!!!

Три года назад он уже был здесь и был не один… Он тогда принес сюда свою кошку. Почему сюда? Наверное, мужчина подсознательно выбрал именно такой район в городе, в котором он никогда не бывал и в дальнейшем бывать тоже не собирался.

Кошка была самая обыкновенная, пятнистая мурка. Ей так бы и зваться, но имя ей было – Адель. Макс принес эту кошку на остановку, усадил рядом с собой и поглаживая, сказал:

— Ты жди меня, я вернусь. Поняла? Я вернусь!

И добавил:

— Наверное…

У каждого есть свои, личные «грабли». Кто-то ищет их сам, кто-то просто нечаянно наступает, а есть и такие, за которыми эти «грабли» следуют по пятам и нет никакой возможности от них подальше убраться.

Именно такие были и у Адель… Ее всегда оставляли. Она никому-никому в этой жизни была не нужна. Но у людей хватало смелости вернуть кошку в приют, признаться в том, что кошку не полюбили. У Максима такой смелости не хватило...

Он взял Адель, поддавшись эмоциям, а когда они улеглись, понял – эта кошка ему безразлична. А уж как она старалась быть милой, как Адель пыталась ему угодить! Но когда ты пришелся не по сердцу, эти усилия будут лишь раздражать.

Оставшись совершенно одна, Аделька согревалась словами, что к ней снова вернуться. Слово «наверное», она не расслышала, а может просто – не поняла. И кошка осталась там ждать…

Адель нашла себе теплый подвал в доме неподалеку, чтобы не удаляться от автобусной остановки. Она почти всегда находилась там, она верила и ждала.

И даже когда у нее появились котята, она приводила туда и их. Улица для кошек полна опасностей и выжил из выводка всего лишь один, самый осторожный, черный котенок.

Как Аделька его любила! Он был единственным, кто не оставил ее, по собственной или по Божьей воле. Они долго ходили вдвоем, сидели в глубине остановки и сын вместе с матерью ждал…

Мама, как могла, объясняла. Вибрацией мурчания, прислоняясь лбом – передавала смутные образы. Как же ей хотелось вернуться! В теплый дом, где можно никого не бояться, где еда и чистая вода словно по волшебству не исчезают из мисок.

Адель уже давно не спала на спине, подставив ласковому воздуху свой животик. Как же она об этом мечтала! Вот только долго мечтать ей не довелось. Уже через год Адели не стало…

А кот продолжать ходить, посещать остановку. Сначала подростком, потом взрослым котом. Зачем? Он не знал, кот привык это делать с мамой.

А потом пришел человек… Кот узнал его через образ, который ему когда-то показывала в мыслях Адель. Так это «его» так ждала его мама? Кот всматривался в мужчину, испытав облегчение – Адель все-таки дождалась. Через годы, в своем собственном сыне.

Максим узнавал в незнакомом коте Адель. В каких-то едва уловимых и до боли (как оказалось) знакомых признаках. В манере сидеть, слегка наклоняя голову влево. В «лисьих» глазах и коротких, широко расставленных ушках.

Чувство вины тоже бывает совсем разным и абсолютным не бывает совсем. Вернее – бывает, но очень и очень редко. Ведь каждый всегда найдет для себя оправдания, чувство самосохранения не даст себя грызть изнутри.

Но Максим почувствовал именно это – абсолютное чувство вины. Он был в первый раз сам с собой честен и оправданий, даже самых маленьких, не находил.

Словно разведенная кислота медленно жгла его душу, прожигая мелкие дырочки, которые постепенно сливались в одну, сплошную дыру. Дыру с темными и рваными краями.

Ну почему он оставил тогда кошку одну? Она же ничем ему не мешала. Тихонько жила, скромно ела, застенчиво посещала лоток. А ночью… Ночью бесшумно дышала рядышком на спине, подставив беззащитный животик. Пушистый и наверное – мягкий. Максим так ни разу его не погладил…

Но теперь он исправит всё! И Макс протянул дрожащую руку к коту, который, без сомнения, был сыном Адели… Только кот увернулся и укусил. Вернее – вцепился в виноватую руку.

Это был не игривый «кусь», это был укус зверя. Зверя, который долго ждал и наконец дождался добычи. А так как это был все же кот, то вслед за зубами в добычу вцепились и лапы.

Кот отпустил руку сам, когда счел, что уже хватит. Он ушел, не оглядываясь. Он ушел, чтобы больше сюда не вернуться. А Максим, шумно пропуская воздух сквозь сжатые зубы, крепко сдерживал рукавом красные ручейки.

Черный кот проскользнул в свой подвал – в нем еще сохранилась память о маме. Он постоял там, зевнул и ушел… Сегодня он даст поймать себя людям – кот знал, где сегодня волонтеры проводят отлов. Зачем? Он обещал это маме… Ведь она так всегда мечтательно вспоминала, как же хорошо быть домашним котом!😢

  Себеринка

Домовой