А как же я? — думала пожилая собака, которую привязали к дереву

— А как же мы? – стал иногда мелькать этот вопрос. Он похож на синяк — больно, если надавить. Он появился после 10 лет волонтёрства и после 121-го животного, прошедшего через нас. Его подсвечивает усталость, невозможность прилечь, когда болит спина, нереальность мечты съездить в Питер хотя бы на один день.

Жизненная энергия похожа на калории – если тратить больше, чем потреблять, рано или поздно будет истощение. А как же мы?

Если у вас дома живёт больше 15-ти кошек и собак (а у нас сейчас примерно в два раза больше, чем 15 кошек и собак), то к ночи ваш словарный запас ласковых слов точно потеряет в объеме. После 11 вечера я опускаю руку в волшебную корзину, где с самого утра было навалом красивых прилагательных, которыми я обращалась весь день к своим животным, и нащупываю одни сухие глаголы на дне. Гулять. Плюнь. Отдай. Ешь. Спи.

После 11 вечера собственная кровать кажется Эверестом, который ещё надо покорить. Заползти на эту гору через последний выгул, состоящий из пяти частей, потом обойти на ночь болеющих и плохосебячувствующих.

А как же я сама? У меня тоже болит спина второй день, и я боюсь заснуть где-то у подножия Эвереста.

— Гранд! Спи уже, дай отдохнуть.

— А как же я? — думал котёнок Бублик. Его рыжего брата только что взяли из корзины на руки и несут домой, а Бублик будет сидеть ещё 14 часов в этой дырявой корзине для грибов около храма. В храме +26, а на улице декабрь. Но двери храма открыты для прихожан, а не для Бублика.

— А как же я? – не понимала Муня. Машина, из которой собаку высадили на обочину, уехала. Муня будет сидеть на обочине ещё 13 дней под ледяным дождём. Каждая машина, которая проезжала мимо, обдавала Муню мокрой грязью и тёплой надеждой: «Вы вернулись?» Нет, Муня, они так и не вернулись за тобой.

— Как же так. А я? – пожилая собака Дина смотрела издалека на свет в окне своего бывшего дома. Хозяйка Дины умерла, а её внук привязал Дину верёвкой к дереву. Она будет сидеть привязанная к дереву и смотреть на свои окна ещё 4 года.

— А я? – думал пёс Кузя, которого хозяева случайно забыли на даче. Морковь погрузили, картошка на месте. Клубнику взяли?! Взяли. Ну, вроде ничего не забыли. И уехали. Кузя семь дней будет их ждать на грядках.

— А как же мы? – задавали вопрос пятеро. Некто посадил их в чёрный мешок и обмотал скотчем. Хочется, чтобы это всё же был не человек, а инопланетянин, который только что приземлился на Землю, по неопытности принял щенков за мусор и уже раскаялся в содеянном.

— А как же я?! Я тут, Макс! Вот он – я! – такс Тотоша прыгал и бился лапами в каждую машину. Он был уверен – в какой-то из машин наверняка едет его Максим. Максим был на работе и не знал, что тёща тайком вывезла Тотошу в какие-то гаражи и привязала там, а он вывернулся из ошейника и пошёл искать Макса на МКАД.

Это истории с хорошим концом и я ещё расскажу вам о них в книжке (о чём-то уже тут рассказала).

Гранд всё же положил мне голову на колени. А как же ты? – читаю в его глазах, сладких как вишня. Спасибо, моя заботливая собака. Я как обычно, спина уже почти не болит. Волшебная корзина снова наполняется красивыми прилагательными. Гранд не верит, что совсем ничего не болит и продолжает смотреть в глаза. Мне кажется, там вопрос:

— А как же они? Те, для которых хороший конец так и не наступил.

Это Гранд, у которого глаза, как вишенки
А как же я? - думала пожилая собака, которую привязали к дереву
А это Дина, которая 4 года жила под деревом, а теперь живёт у нас
А как же я? - думала пожилая собака, которую привязали к дереву

 

А как же я? — думала пожилая собака, которую привязали к дереву